Запрет на экспорт дизтоплива для НПЗ был введен в начале июля. В конце того же месяца в правительстве сообщили, что НПЗ смогут работать на экспорт после 1 сентября, поставляя дизельное и судовое топливо. Теперь же Российский топливный союз просит пересмотреть это решение
Операторы АЗС предложили продлить полный запрет на экспорт дизтоплива после 1 сентября, сообщила газета «Коммерсантъ». С таким предложением к вице-премьеру Александру Новаку обратился Российский топливный союз.
Участники рынка говорят, что в том числе благодаря эмбарго дизель на АЗС продается почти бесперебойно, хотя его доступность для независимых АЗС остается ограниченной, а цены существенно превышают биржевые.
В Минэнерго заявили, что приоритетом остается полное обеспечение внутренних потребностей, и подчеркнули, что ситуация с обеспечением внутреннего рынка дизельным топливом стабильная.
Сейчас идет сбор урожая. Бизнес ФМ спросила у российских фермеров, есть ли у них проблемы с топливом.
Глава фермерского хозяйства из Орловской области Иван Драп:
— Уборка идет полным ходом. Дизельное топливо в хозяйстве есть. Лимит нефтепродуктов, который у меня был на август, — где-то 20 тонн, мне пока хватает. С кем созваниваюсь из ребят, вроде бы работают, закупают дизельное топливо, проблем нет. А с бензином проблема есть. Мне звонил один фермер, сказал: «Иван Иванович, что за дела? Выдают по 50 литров, а мне не хватает».
— Может ли дороговизна солярки повлиять на сроки уборки и сам урожай?
— Любой производитель товара, который вырастил свою продукцию, любые деньги отдаст для того, чтобы убрать. Это нажива тех, кто реализует дизельное топливо или ГСМ. Это, конечно, неправильно — во время уборки такие цены. Я последний лимит забирал — 84 рубля тонна. Ребята из-за нехватки дизельного топлива отдают и по 120, и по 130 рублей за тонну.
— В сравнении с прошлым сезоном насколько выросли расходы на топливо?
— Процентов на 40 точно. В некоторых местах — на 50%. После уборки обычно мы делали лущение, но эту работу мы исключили из списка, будем уже пахать.
***
Председатель сельхозкооператива «Агрофирма «Элитный картофель» в Раменском районе Подмосковья и в Пензенской области Владимир Акатьев:
— С бензином просто беда. С дизельным топливом — более-менее, пускай чуть подороже, но мы обходимся. А бензин за двойную цену порой невозможно купить. Просто катастрофа. Уже это продолжается полтора-два месяца — как началось столпотворение на заправочных пунктах, лучше не становится. А по дизельному топливу, по солярке такая проблема — да, дороже, чем было раньше, но терпимо. Дело в том, что бензина нет вообще, понимаете, его просто нет.
— По сравнению с прошлым сезоном насколько расходы на топливо выросли?
— На дизельное топливо — 10%, где-то в этом районе, а на бензин — в два раза. А взять через какие-то оптовые предприятия нет возможности. К нам приезжал губернатор Пензенской области, он был в нашем хозяйстве. И он нам сказал: проблема будет решена. Но она не решается абсолютно. И это вина как раз не областных начальников, это федеральный центр недорабатывает.
***
Председатель совета Ассоциации крестьянских хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов Ростовской области, глава фермерского хозяйства Алексей Жданов:
«Если продукция у фермеров не продается, не за что покупать топливо. Земля не готовится на посевную. Министерство молчит, ни круглых столов, ни совещаний». Горячая линия не работает. Топлив мы купили. Сейчас и коммерческое уже топливо есть. Люди просто сидят без денег. То, что мы меньше посеем, это точно — процентов на 30. Если не будет рынка сбыта, просто разорятся ребята. Это сильнейший удар по сельскому хозяйству. Все элеваторы в частной собственности. Продукцию не принимают. Неизвестно, чьи они, в чьих руках. Цена на пшеницу рухнула до 7 рублей, представляете? Ниже себестоимости. Терминалы не принимают, не отгружают».
Минсельхоз готовит предложение о введении моратория на экспортные пошлины для пшеницы, ячменя и кукурузы. Мера должна действовать до конца 2026 года, сообщают «Ведомости» со ссылкой на источники в отрасли. Инициатива министерства связана с логистическим кризисом в портах Азово-Черноморского бассейна, где проходит более 70% всего российского зернового экспорта. Отгрузки фактически остановились из-за ограничений.